Автор Conservative Dispatch Кевин Д. Уильямсон говорит, что у него есть личный опыт, когда он называет постыдные выходки президента Дональда Трампа тем мусором, чем они и являются, — потому что Уильямсон знает белое отребье, когда видит его.
Уильямсон прожил это сам и охотно делится примером за примером.
«Я точно не знаю, как именно начался пожар на диване, если не считать того, что ближайшей причиной была, разумеется, зажжённая сигарета», — рассказывает Уильямсон, описывая один эпизод из своего детства. «У нас был очень прокуренный дом — настолько, что после того, как мы съехали, слой смолы, налипший на каждую поверхность, делал ремонт почти невозможным: краска, судя по всему, просто стекала по стенам гостиной и кухни. … Тот ковёр, должно быть, пах раком».
Но Рой (второй муж его мамы) «много пил и в пьяном виде имел обыкновение говорить о Вьетнаме, и вполне возможно, что отключился с зажжённым Marlboro (полный крепкий красный) на диване (грубое полиэстровое плетение, цветочный узор) перед телевизором (старая консоль под дерево, поворотное управление, выпуклый CRT-экран), попивая "серебряные пули", которые складывал в аккуратную пирамиду и порой отмечал количество выпитого», — рассказал Уильямсон.
«Рой» не брезговал и случайным глотком жидкости для полоскания рта или «других бытовых товаров, содержащих алкоголь», которые можно было найти в Лаббоке, штат Техас, — а затем исчезал в ночи в пьяном загуле, и мама была вынуждена его разыскивать и периодически подбирать. Парень знал, как выглядит камера изнутри, отметил Уильямсон. И именно он отключился и поджёг диван зажжённым Marlboro.
«Мы с братом выбежали из дома. Возможно, мы смеялись. Маленькие мальчики любят огонь», — сказал Уильямсон, сетуя, что теперь у него самого «четверо маленьких мальчиков». «Мы побежали к соседскому дому. Дверь её гаража была открыта, и мы дружили с её двумя маленькими мальчиками, а значит, считали, что можем свободно там бывать.
Вскоре из дома выбежала мама, а следом — Рой. Немного погодя, после того как все собрались, Уильямсон рассказал, что его мать — полная и неспортивная женщина чуть за сорок, выглядевшая старше своих лет, — обернулась и избила Роя в кровь, добавив драматизма к весело потрескивающим огням на глазах у соседей, которые, вероятно, поёживались от увиденного.
«Меня порадовал итог, хотя не могу сказать, что я был точно горд за эту сцену», — признаётся Уильямсон, добавляя, что в семье нередко устраивали «драки на переднем дворе — одни из них были случаями домашнего насилия, другие — просто для развлечения».
«Уклоняться от коллекторов, устраивать странные личные психодраматические сцены на публике, напиваться до скотского состояния, получать иски о выселении, драться на глазах у морщащихся соседей — вот что делает белое отребье», — заверил Уильямсон. И «неважно, живёте ли вы в трейлерном парке, в кирпичном ранчо или в чём-то более солидном и всё более роскошном — всё это одно и то же: приманка для торнадо — она и есть приманка для торнадо».
«[Так вот,] когда администрация Трампа объявила, что устраивает бой UFC на Южной лужайке Белого дома, я понял, что вижу», — сказал Уильямсон. «Это так же знакомо мне, как вкус консервированной фасоли Ranch Style на кукурузном хлебе или запах сигаретного дыма, пропитавшего обитую дакроном офисную мебель и скользкий засаленный пожелтевший линолеум в мрачных приёмных за дверями тех слёзных собраний Анонимных Алкоголиков, на которые мать таскала меня какое-то время, потому что не могла позволить себе няню. Я знаю своих людей. Мои люди знают, что им нравится».
«На это ушло 250 лет, но вы добрались», — сказал Уильямсон. «Вот куда скатились. От Величайшего поколения до Нации белого отребья за одну жизнь. Добро пожаловать в мой мир, Америка».

